Эксперт Масленников назвал ситуацию с Советом мира крайне запутанной
Россия может перечислить $1 млрд из своих заблокированных в США активов в Совет мира Дональда Трампа, дав соответствующее поручение американским банкам. Это заявление замглавы администрации президента РФ Максима Орешкина отражает чисто технический аспект резонансной идеи Кремля, озвученной ранее Владимиром Путиным и адресованной Вашингтону. Смысл инициативы прост: вы сначала разморозьте у себя то, что принадлежит нам, а уж за нами дело не станет.
тестовый баннер под заглавное изображение
«Миллиард принадлежит Российской Федерации. И мы дадим распоряжение о том, как мы считаем правильным его использовать. Если американские банки… эти поручения выполнят, то транзакция таким образом произойдет», — заметил Орешкин.
Учрежденный главой Белого дома 16 января, Совет мира изначально задумывался как международный орган по урегулированию конфликта в секторе Газа. Точнее, по контролю за соблюдением режима прекращения огня.
Однако поскольку сам Трамп допустил расширение его функций, люди в президентской команде заговорили о Совете мира как о потенциальной альтернативе ООН, где право вето есть лично у Трампа. Членство в организации ограничивается тремя годами, однако при уплате взноса в размере $1 млрд оно становится бессрочным. Владимир Путин предложил выделить эту сумму из заблокированных в США активов, уточнив, что Москва пока не дала согласие присоединиться к «Совету мира», и что МИДу поручено изучить поступившие документы и проконсультироваться со стратегическими партнерами РФ. Приглашение получили 58 государств (включая РФ), документ о вступлении подписали 19.
Комментируя инициативу Кремля, китайская пресса приходит к выводу, что она фактически обязывает Вашингтон юридически подтвердить право собственности России на замороженные в США резервы. Более того, делает их дальнейшее изъятие (конфискацию) невозможным. По мнению обозревателей, «щедрость» Москвы (в обмен на выполнение жесткого условия) является стратегической ловушкой, замаскированным ударом по правовым позициям Америки и Европы.
-Вся эта история носит сугубо политический характер, — рассуждает в беседе с «МК» ведущий эксперт Центра политических технологий Никита Масленников. — Объем заблокированных в США российских средств составляет чуть более $5 млрд. Выделить из них $1 млрд, а затем поручить американским банкам перевести эту сумму на счета Совета мира — задача технически элементарная. Но возникает вопрос: а при каких условиях такое возможно? Политическое условие президент Путин определил предельно четко: размораживайте! Да, у американцев под рукой есть соответствующий правовой и финансовый инструментарий, но готовы ли они к этому?
Окончательный состав Совета мира еще далеко не сформирован, 26 стран пока не отреагировали на приглашение, продолжают колебаться Франция, Великобритания, Германия. Хотя из числа дружественных Москве государств подтвердили участие Казахстан, Узбекистан, Азербайджан, Армения, Белоруссия. Присутствие России, несомненно, важно для США, поскольку может подтолкнуть к вступлению в организацию других её сомневающихся партнеров. В то же время администрация Трампа не может не учитывать позицию Брюсселя, который воспримет членство РФ как явный антиевропейский демарш, как очередной камешек в свой огород со стороны США.
— Получается, не согласовав с ЕС своё решение о разморозке российских активов, Вашингтон ничего не станет предпринимать?
— Их отношения, усугубленные гренландским сюжетом, находятся в довольно плачевном состоянии. В этом смысле мало что изменили и недавние переговоры Трампа с генсеком НАТО Марком Рютте. Американцы прекрасно понимают: если в «Совет мира» вступит (после разморозки активов в США) Россия, это напрочь отобьет охоту у ведущих европейских стран присоединяться к детищу Трампа. Кроме того, реализацию проекта может сильно затормозить назревающий, на фоне стягивания военно-морских сил США в Персидский залив, американо-израильский удар по Ирану. Если не похоронит его окончательно. Поэтому совокупность внешнеполитических рисков, вся эта высочайшая степень неопределенности, не позволят США в ближайшее время принять решение о разморозке активов РФ, хотя исключить это нельзя. В заявлении Орешкина речь идет лишь о технико-юридическом аспекте: Россия обладает суверенным правом распоряжаться своими средствами любым образом, вот только они заблокированы.
В общем, мы видим очередную очень громкую инициативу Трампа. Но пока крайне неубедительную в процедурном отношении. Абсолютно непонятно, как этот «Совет мира» будет работать, каких принципов придерживаться, кто в него в итоге войдет. Всё упирается в изменения на геополитическим тракте.
— Насколько самой России нужно это членство в Совете мира? Понятно, что если США разморозят её активы, то тем самым выведут их из-под санкций. Но не жалко ли будет расставаться с $1 млрд, стоит ли игра свеч?
— С одной стороны, не такие уж это и большие деньги на фоне $750 млрд в долларовом эквиваленте (в основном юани и физическое золото), составляющих международные резервы РФ. Сумма в $1 млрд означает реальный входной билет в Совет мира, возможность оставаться одним из важнейших игроков в ближневосточном регионе, извлекать, в широком понимании, внешнеполитическую выгоду из членства в организации. С другой стороны, Россия могла бы потратить миллиард (по нынешнему курсу ЦБ – 75 млрд 960 млн рублей) на себя любимую, на какие-то внутриэкономические цели. Этим, я полагаю, во многом объяснится сдержанность в риторике Путина: мол, будем изучать вопрос, консультироваться с партнерами. В целом ситуация пока крайне запутанная, быстрого её разрешения ожидать не приходится.