Потолок цен на российскую нефть снова снизили, теперь до 44,1 доллара за баррель
С 1 февраля потолок цен на российскую нефть снижается до $44,1 за баррель. Предыдущий лимит, введенный Евросоюзом в сентябре прошлого года, составлял $47,6, а изначальный (от декабря 2022-го) – $60. В случае с новым параметром в $44,1 речь идет лишь о сугубо техническом акте, а вовсе не о принципиальном решении в очередной раз ужесточить энергосанкции против РФ, как можно подумать. По словам экспертов, никакого практического смысла в этих бюрократических манипуляциях нет.
тестовый баннер под заглавное изображение
Ценовой лимит в $47,6 был установлен Брюсселем в рамках 18-го, сентябрьского пакета санкций ЕС в отношении России, к которым также присоединились Швейцария и Великобритания. А цифру $60 ранее согласовали члены так называемой «Коалиции ценового потолка», куда вошли страны Евросоюза и G7. При этом Соединенные Штаты, будучи участником «Большой семерки», не поддержали решение, хотя Еврокомиссия (ЕК) пыталась этого добиться.
В 18-м пакете ЕК закрепила положение, согласно которому она будет пересматривать потолок каждые полгода, устанавливая его на уровне средней рыночной цены на нефть Urals за вычетом 15%. При этом если цена будет отличаться на 5% или менее, потолок не подлежит изменению. Дата публикации нового уровня пришлась на 15 января 2026 года. Так что сегодняшняя процедура имеет исключительно административные корни, причем весьма слабо связанные с жизнью.
По словам вице-премьера РФ Александра Новака, ценовые лимиты невыгодны самому Евросоюзу и никак не отражаются на объемах экспортных поставок российского сырья: «Я могу исходить из того, что, когда был установлен потолок $60, это не повлияло. Это означает, что установите хоть ноль – всё равно не будет влиять». В декабре агентство Reuters сообщило, что G7 и еврочиновники обсуждают идею замены потолка полным запретом на предоставление услуг по перевозке российской нефти морским транспортом. Мера может войти в состав 20-го пакета санкций ЕС, работу над которым в Брюсселе намерены завершить к концу февраля.
«Никаких новых решений относительно ужесточения санкций в отношении энергетического сектора РФ Евросоюз сейчас не принимал, — поясняет эксперт Финансового университета при правительстве РФ Игорь Юшков. – Сработал механизм, утвержденный в сентябре 2025 года, когда европейцы по сугубо политическим мотивам опустили ценовой потолок с $60 до $47,6 за баррель. Соответственно, речь идет о запланированной еще тогда процедуре, осуществляемой, по сути, в автоматическом режиме. При этом в ЕС рассчитывали на то, что их примеру последуют США, однако в Вашингтоне сочли необходимым сохранить для себя уровень в $60».
Поскольку Россия никогда не выполняла правило ценового потолка, новый параметр в $44,1 за баррель вообще никак не повлияет на объемы её нефтяных поставок. Тем более, что в нынешней ситуации на мировом рынке в этот лимит очень легко уложиться: нефть сорта Urals при погрузке на танкер стоит порядка $35-40, а значит, даже европейские компании могут безболезненно перевозить сырье из РФ и страховать перевозку. Не зря ведь европейцы, понимая это, хотят окончательно перекрыть все варианты, позволяющие транспортировать и страховать российскую нефть. Однако в этом случае нас выручит теневой флот, мощностей которого с лихвой хватит для доставки сырья до потребителей. Что касается дисконтов на Urals, они повысились по понятным причинам, рассуждает Юшков: из-за октябрьских санкций США в отношении двух крупнейших нефтяных компаний РФ удлинилась цепочка посредников, выросла стоимость фрахта, услуг по страхованию.
«Если смотреть на эту историю без лишнего драматизма, то ничего принципиально нового в ней нет, — говорит руководитель практики по международному бизнесу и финансам, партнер 5D Consulting Михаил Никитин. — Потолки цен на российскую нефть существуют уже не первый год, и за это время рынок к ним, по большому счёту, адаптировался. Как торговали, так и продолжают торговать. Предыдущие ограничения не привели ни к остановке экспорта, ни к каким-то радикальным перекосам. Поэтому было бы наивно ожидать, что очередное снижение уровня вдруг резко изменит ситуацию.
На практике такие меры живут скорее в политической плоскости, чем в экономической. Реальные сырьевые потоки давно перестроены, используются альтернативные маршруты, контракты и схемы, которые позволяют рынку работать вне логики формальных ограничений».
Именно поэтому сам по себе потолок цен не стал решающим фактором для экспорта, отмечает Никитин. Российская нефть находила и находит своего покупателя, исходя из реального баланса спроса и предложения, а не из цифры, зафиксированной в решении регуляторов. Что касается подлинно чувствительных моментов, то куда большее значение имеют адресные санкции против конкретных компаний и инфраструктурные ограничения — например, давление на крупных игроков отрасли или истории с задержаниями и досмотрами танкеров. Эти шаги создают операционные риски и требуют от рынка дополнительных усилий для адаптации.