Юшков усомнился в западных оценках ущерба, понесенного нефтеэкспортом РФ
По подсчетам Reuters, как минимум 40% российских мощностей по экспорту нефти приостановили работу после ударов беспилотников по НПЗ и портовой инфраструктуре, атак на трубопровод «Дружба» и захвата нескольких танкеров. Как сообщает агентство, его оценки основаны на сопоставлении текущих рыночных поставок и заявленных экспортных объемов. Но российские эксперты сильно сомневаются в озвученных западными аналитиками цифрах.
тестовый баннер под заглавное изображение
Действительно, в последнее время атакам со стороны Украины подверглись порты в Новороссийске, Приморске и Усть-Луге. Reuters отмечает, что терминал в Новороссийские мощностью около 700 тысяч баррелей в сутки после атаки БПЛА отгружает нефть в объемах ниже обычных. По информации трейдеров, в результате недавних захватов в Европе танкеров, перевозивших российскую нефть из Мурманска, были нарушены поставки сырья через этот северный порт, которые в обычное время составляют около 300 тысяч баррелей в сутки (б/с).
Reuters отмечает, что, столкнувшись с серьезными сбоями в поставках в западном направлении, Россия пытается компенсировать их экспортом нефти по восточным маршрутам. В основном в Китай, по трубопроводам, а также морским путем через порты Сахалина.
-Упоминаемая цифра 40% представляется не вполне адекватной в силу тех вещей, о которых говорит Reuters, — рассуждает в беседе с «МК» эксперт Финансового университета при правительстве РФ Игорь Юшков. – В частности, если удары наносятся по НПЗ, причём здесь экспорт сырой нефти? Ведь в случае с внеплановыми ремонтами нефтеперерабатывающих заводов Россия традиционно сокращает поставки за рубеж нефтепродуктов, но увеличивает продажи сырой нефти, как это было, например, в прошлом году. Смущает и другое утверждение – относительно попыток компенсировать потери на северо-западном направлении усилением экспорта по восточным маршрутам. Там сейчас нет значимых свободных мощностей, тот же ВСТО (магистральный нефтепровод «Восточная Сибирь — Тихий океан» — «МК») работает на пределе своего потенциала. Мы и так качаем нефть в восточном направлении столько, сколько можем. Причем идёт она сразу по трубе, а не морским путем.
Тем не менее, проблема обеспечения безопасности и НПЗ, и портовой инфраструктуры, и танкеров, регулярно атакуемых в Средиземном и Чёрном морях, действительно существует. К сожалению, северо-западное направление, порты Ленинградской области оказались уязвимыми перед атаками, участившимися в последние дни.
-Насколько велика там степень повреждений?
-Этого мы пока не знаем. Надо дождаться хотя бы приблизительных официальных оценок, чтобы понять, какие объемы Россия в состоянии экспортировать в текущих условиях. Непонятно также, повреждены ли нефтепроводы, помимо находящихся в портах топливных резервуаров. Однако нам стратегически важно обеспечить безопасность нашего экспорта. Любые риски попадания танкера под удар со стороны морских беспилотников, скажем, при заходе в порт на загрузку, повышают стоимость перевозки. Для России это означает глобальный рост издержек. За любую угрозу приходится в итоге расплачиваться твердой валютой.
Ещё одна проблема — это отсутствие поставок по перекрытому Украиной нефтепроводу «Дружба», который позволял обходиться без теневого флота, тратить гораздо меньше денег на доставку до потребителя, не озабочиваться страхованием перевозки, и так далее. Ситуация ведет к снижению рентабельности российских энергетических компаний, коммерческого сектора, а государство недополучает доходы от экспорта нефти.