БРИКС создает альтернативную платежную систему для обхода доллара
Наш любимый персонаж, незабвенный Дональд Трамп, похоже, уже пообещал наказать санкциями весь мир. Точнее всех тех, кто не желает называть его «папочкой» по примеру льстивого генсека НАТО Марка Рютте. Пообещал он ввести санкции и против стран, отказавшихся от использования доллара, — в частности, странам БРИКС угрожал введением пошлин в размере 100 процентов. В ответ российский президент отметил, что наша страна никогда от этого не отказывалась от доллара, но ей запретили использовать иностранную валюту.
тестовый баннер под заглавное изображение
В мире финансов назревает настоящая революция, тихая, но от того не менее грозная. Пока обыватель следит за курсами валют, в тиши кабинетов министров и центральных банков стран БРИКС идёт работа по созданию альтернативы мировой финансовой системе, которая вот уже несколько десятилетий вращается вокруг американского доллара. Как выяснил «МК», этот процесс уже не повернуть вспять, и главными врагами доллара стали… сами Соединённые Штаты.
Отправной точкой этого глобального сдвига стала откровенно «дисфункциональная» доллароцентричная система. Как указывает в своём докладе для клуба «Валдай» известный экономист, бывший топ-менеджер МВФ и один из основателей Нового банка развития БРИКС Паулу Ногейра Батиста-младший, проблема имеет два корня.
Первый – это превращение доллара и западных платёжных сетей в «оружие». Масштабные санкции, замораживание резервов, как это произошло с Россией, и угрозы вторичных санкций для всех, кто торгует с неугодными странами, – всё это тотально подрывает доверие. «Доверие всегда имеет решающее значение для выживания валютно-финансовых институтов», – сухо констатирует эксперт. Проще говоря, если правила игры могут изменить в любой момент и против любого, в игру начинают искать новые правила.
Второй фактор – структурная слабость экономики самого эмитента «гегемонской» валюты. США больше не проводят ту «серьёзную экономическую политику», о которой любят рассуждать. Государственный долг растёт как на дрожжах, а политическая система неспособна обеспечить даже скромные профициты в годы роста. Доллар держится во многом благодаря инерции и тому, что мир пока не видел реальной альтернативы.
Но альтернатива зреет. И естественным источником её стал БРИКС. Как пишет Ногейра Батиста, откуда ещё ждать перемен? Европа с её евро играет второстепенную роль и послушно следует в фарватере Вашингтона, о чём красноречиво свидетельствует её готовность замораживать российские активы в евро. «Ла-Манш шире Северной Атлантики», – иронично замечает автор о близости Великобритании к США. Япония же и вовсе «ведёт себя так, будто Вторая мировая война закончилась совсем недавно».
Таким образом, БРИКС, и особенно Китай, рассматриваются как «главный или единственный потенциальный источник альтернатив». У группы есть и масштаб, и мотивация. А Россия, подвергшаяся беспрецедентным финансовым санкциям, стала одной из самых заинтересованных стран в продвижении этой повестки.
Во время своего председательства в 2024 году Россия сделала конкретный ход, сконцентрировавшись на ахиллесовой пяте системы – инфраструктуре трансграничных платежей. Было представлено детальное предложение по созданию Трансграничной платёжной инициативы БРИКС (BCBPI). Замысел – новая цифровая сеть, независимая от SWIFT, защищённая от санкций, более быстрая и дешёвая.
Идея прозвучала на саммите в Казани в октябре 2024 года и была закреплена в Декларации лидеров. Это не просто набор общих фраз. Лидеры прямо признали «преимущества более быстрых, недорогих, более эффективных, прозрачных, безопасных и инклюзивных трансграничных платёжных инструментов». Но ключевым стал другой момент: инициатива была объявлена «добровольной и необязательной».
Теперь не нужно уговаривать всех. Готова группа стран – пусть начинают. Остальные подтянутся позже, увидев выгоду. Однако единства нет даже в базовых вопросах. Если президент Бразилии Лула да Силва на том же саммите заявил, что «настало время продвигаться в создании альтернативных платёжных средств», то Индия занимает жёстко противоположную позицию. Её министр иностранных дел Субраманьям Джайшанкар не раз заявлял, что у страны «никогда не было проблем с долларом», а идея новой валюты «нежизнеспособна».
Почему? Всё упирается в геополитику и уязвимость. «Индия имеет то, что можно назвать стратегическими отношениями с США», – пишет Ногейра Батиста. Такие страны, как Египет или Эфиопия, участвуют в программах МВФ, успех которых зависит от поддержки Вашингтона. Открыто бросить вызов доллару – для них рисковать жизненно важным финансированием. «На практике программа МВФ даже не выносится на рассмотрение Совета, пока доминирующие акционеры не обозначат свою поддержку», – напоминает эксперт.
При этом Вашингтон отчаянно сопротивляется. Дональд Трамп во время кампании 2024 года открыто угрожал странам БРИКС карательными пошлинами в 100% за попытки подорвать статус доллара. Но, как отмечается в докладе, здесь кроется поразительный парадокс: «Только одна страна старается ослабить доллар больше, чем члены БРИКС, – и это сами Соединённые Штаты».
«Когда-то доминирование доллара было естественным явлением… В наши дни оно больше не является результатом естественного признания лидерства США, а поддерживается увещеваниями и принуждением», – констатирует автор.
Президент России Владимир Путин на заседании «Валдая» иронично заметил: в России «не отказывались от доллара и не собирались этого делать», это России «было отказано в том, чтобы использовать доллар как инструмент платежей».
Несмотря на все препятствия, процесс дедолларизации уже идёт полным ходом, просто он не всегда заметен в официальной статистике. По данным МВФ, доля доллара в международных резервах упала с более чем 70% двадцать лет назад до менее 60% сейчас. Но и эти цифры занижены: центральные банки не афишируют уход от доллара, а главное – они скупают золото, которое в статистику МВФ не входит. «Золото становится всё более актуальным международным резервным активом», – подчёркивает Ногейра Батиста. Внутри БРИКС и в Юго-Восточной Азии растёт объём расчётов в национальных валютах. Это даёт двойную выгоду: снижает издержки и политические риски. Народный банк Китая и региональные финансовые механизмы всё чаще выступают альтернативой МВФ как кредиторы последней инстанции.
Дальнейший путь БРИКС непрост. Помимо прорыва с платёжной системой, в среднесрочной перспективе может обсуждаться расчётная единица на основе корзины валют БРИКС – прообраз будущей общей резервной валюты. Но для этого группе придётся решить внутренние проблемы: возможно, заморозить дальнейшее расширение («количество может на деле означать слабость») и оживить свои же финансовые институты – Новый банк развития и Пул условных валютных резервов, которые пока слишком зависят от самого доллара.
«Осознание того, что отладка функционирования БРИКС – это задача на средне- и долгосрочную перспективу, станет ключом к успеху группы, – заключает Паулу Ногейра Батиста. – Подход, рассчитанный на достижение краткосрочного результата, приведёт к разочарованию. А отказ от амбициозных целей рискует превратить БРИКС в ещё один кружок по интересам, который можно спокойно игнорировать».
Одно ясно точно: мир уже не будет прежним. Многополярность из лозунга превращается в финансовую реальность. И БРИКС, пусть и с трудом, становится её главным архитектором.