Что стоит за оттоком вкладов в июне и может ли тренд усилиться осенью
Июнь стал первым месяцем в 2025 году, когда почти половина крупных банков зафиксировала отток срочных вкладов. Несмотря на то что средняя доходность по депозитам пока выше инфляции, россияне все чаще забирают деньги. Одни — чтобы тратить летом, другие — чтобы гасить кредиты, третьи — из-за недоверия и тревожных сигналов из соцсетей. И хотя о массовом исходе говорить рано, тренд стал заметным и для банков, и для регулятора.
тестовый баннер под заглавное изображение
Сразу несколько крупнейших банков России в июне зафиксировали отток срочных вкладов. Для финансовой отрасли это событие не критичное, но тревожное: в системе по-прежнему сохраняется приток депозитов в целом, однако деньги утекают от ключевых игроков. Что же заставляет граждан забирать средства, несмотря на то, что проценты по вкладам пока еще обгоняют инфляцию?
Как отмечает главный научный сотрудник Института экономики РАН Игорь Николаев, прежде всего стоит смотреть на календарь. «Это отпускной период, лето, повышенные траты. Люди нуждаются в дополнительных деньгах, и привлекательность ставок в этот момент отходит на второй план», — говорит он. По его словам, сказывается также начавшееся снижение ключевой ставки. Оно усилило у вкладчиков ощущение, что депозиты больше не будут столь выгодны, как в 2024 году, когда ставки доходили до 23%.
Другие финансисты указывают еще и на поведение бизнеса. В условиях крепкого рубля экспортеры вынуждены продавать валютную выручку, но в банки она далеко не вся уходит: часть направляется на досрочное погашение долгов, часть — на текущие расходы. Аналогичное поведение демонстрируют и физлица — особенно в условиях, когда потребительская уверенность остается хрупкой.
Дополнительный фактор — эмоциональный. Весной и зимой 2024/2025 года в информационное поле возвращались слухи о возможной заморозке вкладов. Поводом стало обсуждение такой гипотетической меры как альтернативы ужесточению денежно-кредитной политики. Центральный банк и официальные лица однозначно опровергли подобные идеи, назвав их «бессмыслицей», но осадок остался.
«Я не считаю, что это стало массовым триггером, — говорит Игорь Николаев. — Но люди у нас пугливые, и у них есть основания: они уже переживали заморозку вкладов в 1990-е, кризисы 2008 и 2014 годов. Кто-то мог повестись на информационные вбросы, но это скорее фоновый страх, а не главный фактор».
Тем не менее снижение доверия к долгосрочным банковским продуктам — тенденция, которую игнорировать нельзя. Даже при том, что сегодня ставки по вкладам на 2–3% выше инфляции, вкладчики начинают искать альтернативы — или просто отказываются от идеи «заморозки» денег на срок.
На сентябрь 2025 года запланировано очередное заседание Банка России по ключевой ставке. Если регулятор снова снизит ее, это приведет к дальнейшему удешевлению депозитов — и, как следствие, к росту оттока. Особенно на фоне завершения летнего сезона, когда у многих заканчиваются отпускные накопления и начинается поиск «живых» денег.
«Если к сентябрю инфляция подрастет, а ключевая ставка снова снизится, это может стать поворотным моментом, — говорит Николаев. — Тогда доходность по вкладам приблизится к инфляционной. В этой ситуации многие действительно начнут пересматривать свои финансовые стратегии».
На текущий момент говорить о массовом исходе вкладчиков преждевременно. Общий объем депозитов в банковской системе остается на высоком уровне, а процентные ставки по-прежнему выигрывают у инфляции. Однако ситуация становится все более чувствительной: любое резкое движение в сторону изменения ключевой ставки, внешнеполитические риски или рост недоверия могут спровоцировать цепную реакцию.
В 2024 году россияне хранили в банках рекордные 70 триллионов рублей. Теперь, когда денежно-кредитная политика меняет вектор, а доходность снижается, система начинает тест на прочность. Не исключено, что осенью будет первый серьезный экзамен.
Пока банковская система справляется с изменением поведения клиентов. Но чем дольше доходность по вкладам будет идти вниз, тем выше риск, что вкладчики предпочтут другие варианты — или просто «держать деньги под рукой».