Что происходит с национальной валютой и когда это все закончится
Все лето курс доллара и евро бил рекорды, а покупательная способность рубля постоянно снижается. И эксперты, и рядовые граждане задаются вопросом о причинах и последствиях происходящего. Какой валютный курс отражает норму и реалии сегодняшнего экономического дня в России? Или курс рубля давно не имеет никакого отношения к реальности?
Итак, давайте попробуем разобраться в действительных причинах снижения курса рубля. Начнем с позиции Центробанка…
Основными причинами падения курса национальной валюты Банк России называет снижение экспортной выручки, избыточную денежную рублевую массу и недостаточную (читай — низкую) привлекательность рубля как средства накопления. В совокупности все эти факторы и давят на российский рубль. И бороться с данными противоречиями ЦБ РФ предлагает отработанным годами инструментом — повышением ключевой ставки, которая сейчас составляет аж 12 процентов.
Так ли страшны обозначенные выше проблемы? Действительно, российский экспорт по причине объявленной против нас экономической войны в первом полугодии сократился на треть по отношению к аналогичному периоду предыдущего года. Это много, но некатастрофично. По итогам года экспорт так или иначе стабилизируется (снижение будет минимальным), о чем говорят в том числе чиновники правительства. Приведет ли это к росту котировок рубля? Однозначно да! Но приведет ли это к его укреплению (а нам нужен именно стабильный рубль!) — большой вопрос.
Теперь поговорим о том, что касается объема денежной массы… По итогам лета 2023 года «агрегат М2», то есть именно объем денежных ресурсов в стране, представляет порядка 90 трлн руб., что составляет больше половины прогнозного объема валового внутреннего продукта (ВВП) в России на конец текущего года. Таким образом, того, что мы производим в России, — существенно больше, чем денег, это отражающих. По сути, у нас наблюдается не избыток, а как раз недостаток денежной массы в стране. В Китае или США объем денежной массы давно превысил объем ВВП, и эти страны не собираются останавливаться на достигнутом. У нас же с вами экономика чудовищным образом недофинансирована и недокапитализирована. И это есть прямое следствие политики Центробанка и финансово-экономического блока нашего правительства, которые десятилетиями «сушат» денежную массу и держат отечественную экономику в ситуации искусственного дефицита денежных (оборотных, кредитных, инвестиционных и пр.) ресурсов.
Все разговоры о том, что у нас курс рубля определяется биржевым способом, то есть балансом спроса и предложения на финансово-валютном рынке, немного, мягко говоря, «от лукавого» — по той простой причине, что деньги не есть обычный биржевой товар, подобный нефти, зерну или ценным бумагам. Денежные средства — это показатель производства в экономике, а денежная масса — общее отражение всех имеющихся в экономике производственных ресурсов, а также результатов всего нашего производства. По сути, деньги — это записи (расписки) о том, что экономика работает. В этой части говорить об избыточности денежной массы в условиях тотальной нуждаемости экономики в денежных ресурсах — в принципе противоестественно и вызывающе кощунственно.
Что касается привлекательности рубля как средства накопления, так за нее надо бороться, и это одна из функций Центробанка. Но добиться этой самой привлекательности через повышение ключевой ставки тоже представляется маловероятным, поскольку двузначный «ключ» радикально удорожает кредит и в еще большей степени обескровливает экономику. Кстати, несмотря на уверения Центрального банка, повышение ключевой ставки так и не привело к укреплению национальной валюты. Доллар и евро торгуются вокруг уже привычной «сотки», и позитивных изменений пока не наблюдается. В принципе в октябре должен произойти плановый рост курса рубля, связанный с уплатой налогов экспортерами по итогам III квартала. Но, как говорится, поживем — увидим…
Теперь позволю себе открыть «секрет Полишинеля» относительно периодов девальвации рубля. Он состоит в том, что ЦБ и правительство регулярно используют инструмент искусственной девальвации как средство пополнения бюджета. Каждое изменение курса рубля в сторону его понижения приносит в федеральный бюджет незапланированные «доходы», появляющиеся из-за курсовой разницы от продажи экспортерами иностранной валюты и перевода экспортной выручки в рубли. По оценкам экспертов (с которыми согласны «финансисты» из нашего правительства), повышение курса доллара на 10 рублей приносит порядка триллиона рублей дополнительных «доходов», которые доходами можно считать только с формальной точки зрения.
В общем, по сути, для Центробанка и финансово-экономического блока нашего правительства «ронять» рубль в принципе выгодно. Тем самым поддерживаются наши экспортеры (растет их рублевая выручка), а бюджет наполняется «доходами» ускоренными темпами. Правда, не очень понятно, как быть всем остальным предприятиям и гражданам, живущим в «состоянии постоянного изумления», как говорил Михаил Салтыков-Щедрин. Здесь, как говорится, вопросы остаются и к ЦБ, и к финансистам из правительства…
Ну а нам важно обозначить причины, критически важные с точки зрения устойчивости нашей национальной валюты.
Первая причина — это недостаточная капитализация нашей экономики и, как следствие, низкий внутренний спрос. Денег в экономике обращается меньше необходимого, что, собственно, и приводит к недостаточному спросу на российские рубли. В этой части, как уже было сказано выше, нам критически важно нарастить объем денежной массы, то есть повысить в полтора-два раза объем денежных средств, обращающихся в экономике. Все возможности для этого есть, и угроза инфляции (о чем постоянно говорит ЦБ РФ) здесь однозначно надуманна. Тем более что введение в оборот цифрового рубля позволяет реализовать плановую целевую управляемую эмиссию, при которой денежные средства целевым образом (и при полной прозрачности) будут направляться в критически важные сегменты национальной экономики.
Здесь важно добавить про стимулирование внутреннего спроса, который, при желании, легко компенсирует нашу зависимость от экспорта, в том числе энергоносителей. Ускоренная газификация, снабжение населения и предприятий как трубопроводным газом, так и сжиженным (СПГ), развитие электротранспорта (в том числе общественного) — это тоже меры, направленные на увеличение выручки внутри страны. И здесь важно также поддержать платежеспособный спрос — как мерами целевой эмиссии, так и общим увеличением бюджетных и прочих расходов внутри страны.
Добавлю, что переход во внешней торговле на национальные валюты — также важный фактор роста привлекательности рубля. В торговле внутри Союзного государства России и Белоруссии, а также Евразийского экономического союза (ЕАЭС) мы уже добились доминирования рубля. Следующий этап — его паритетное использование в торговле с партнерами по Шанхайской организации сотрудничества (ШОС), БРИКС и др.
Вторая причина нестабильности национальной валюты — это низкие темпы экономического роста в стране. Не так давно Минэкономразвития России радостно сообщило нам о том, что экономический рост в 2023 году превысит 2%. При прогнозируемой инфляции к концу году в районе 6% хочется сказать, что это так себе достижение. Это, конечно, не спад, который наблюдается, например, в Германии, но и не те темпы, которые нужны для опережающего роста в условиях санкционного давления и общей международной турбулентности. Темпы роста, приближающиеся к 10%, сами по себе (безо всякой валютно-финансовой политики) обеспечат абсолютно стабильный и устойчивый курс рубля, вне зависимости от притока/оттока валюты в страну. Как его добиться? В первую очередь — сняв экономику с режима общей недофинансированности и тотальной нехватки денежных ресурсов для жизни и развития, о чем мы уже говорили выше.
Наконец, третья проблема — это декларируемый свободный курс национальной валюты, основывающийся на биржевой торговле. Здесь, как говорится, две проблемы. Первая: курс — совсем не свободный, учитывая увлеченность финансовых властей периодической игрой в девальвацию для пополнения бюджета. Вторая: относительно незначительный объем валютных ресурсов, единовременно представленных на валютных торгах. Среднедневной объем валютных торгов на ММВБ в 2022 году составил чуть больше триллиона рублей. Напомню, что в 2022-м общая выручка наших предприятий составила 1,3 квадриллиона рублей. То есть валютный курс пятой экономики в мире определяют объемы торгов меньше одного промилле от всей массы ее экономической мощи. Вам не кажется это несколько странным?
Почему это проблема? Да потому, что организованное движение более-менее заметных объемов финансовых ресурсов на бирже способно в одночасье самым радикальным образом изменить котировки рубля и обеспечить экономическую турбулентность, что за последние годы происходило неоднократно. Каково решение данной проблемы? Однозначно — управляемый курс национальной валюты. Никто не говорит, что он должен быть «искусственным», то есть принятым директивно, «на бумаге». Управляемый курс также можно поддерживать рыночными и протекционистскими мерами. Но это сложно! Здесь надо работать, а не только повышать ключевую ставку Банка России.
На самом деле я здесь не сказал ничего радикально нового. Обо всем этом современные экономисты, критически настроенные к действующей модели финансово-экономической политики, говорят постоянно. Но ситуация не меняется, как это ни пафосно звучит, десятилетиями.
Можно ли что-то изменить сейчас? Однозначно — да! И условия, формирующиеся после 24 февраля 2022 года, позволяют реализовать суверенную экономическую политику прямо сейчас, что создаст базу для дальнейшего ускоренного экономического роста. А именно рост и развитие, я повторюсь, и являются основой стабильного курса национальной валюты. Здесь не избежать политических решений (например, подчинения Центробанка Правительству России), а также решительных организационных выводов и серьезных кадровых новаций, — но это, конечно, тема для отдельного разговора.