Мир погряз в долгах: глобальная финансовая пирамида может рухнуть к 2030 году
Современный мир погряз в долгах. И это не какой-то абстрактный философский тезис, а суровая финансовая реальность. В 2024 году суммарный государственный долг всех стран планеты превысит $100 трлн, что составит 93% мирового ВВП. К таким выводам пришел в своем прогнозе Международный валютный фонд (МВФ). Его аналитики утверждают, что если тенденция к наращиванию заимствований сохранится, то к 2030 году мировой долг достигнет 100% глобального ВВП. Это может привести к мировому кризису: ведь долговую пирамиду невозможно наращивать до бесконечности – в какой-то момент она обязательно рухнет. Насколько опасна эта ситуация для России, «МК» выяснил у члена наблюдательного совета Гильдии финансовых аналитиков и риск-менеджеров Александра Разуваева.
—Если верить данным МВФ, то уже к 2030 году сложится ситуация, когда всей планете нужно будет фактически целый год работать только на то, чтобы погасить глобальную задолженность. Обернется ли такая ситуация масштабным финансовым кризисом?
— Желание тратить больше, чем зарабатывают, есть даже у самых больших и самых развитых стран. Если ничего не менять, то, согласно прогнозам МВФ, общий государственный долг к концу десятилетия достигнет 100% мирового ВВП. Лидерами по росту задолженности с начала 2024 года стали США и Китай – две первые экономика мира. В этих государствах долг за год вырос более чем на 2,6% от ВВП соответственно. Аналитики МВФ подчеркивают, что правительства стран «не стремятся сокращать расходы, продолжая финансировать чистую энергетику, поддержку стареющего населения и укрепление безопасности». Таким образом, ключевым стоит вопрос доверия к национальным правительствам: смогут ли они рефинансировать обязательства.
— А такая возможность у них будет?
— Ожидается, что процентные ставки в мире скоро пойдут вниз, что снизит остроту проблемы. Тем не менее ведущее рейтинговое агентство S&P прогнозирует рост дефолтов по суверенному внешнему долгу в течение следующего десятилетия. Правда, развитых государств в «тревожном» списке нет. К странам, близким к финансовой катастрофе, относятся Пакистан, Шри-Ланка, Бангладеш, Венесуэла, Замбия, Гана и Аргентина, у которой вероятность дефолта в 2025 и 2027 годах составляет 75%. Возможно, что итоговый список еще длиннее.
— Почему увеличение долга — это опасно для экономики?
— Долговые проблемы могут привести как минимум к внутреннему кризису в этих странах, спровоцировать там инфляцию, обеднение населения, безработицу и другие социальные катаклизмы. Проблема точного определения стран «группы риска» в том, что с 1970 года правительства государств Глобального Юга накопили минимум $1 трлн «скрытого» внешнего долга (он не полностью отражен в официальной статистике, часто из-за положений о конфиденциальности), что превышает 12% их внешних заимствований за этот период. Трудно точно оценить, насколько серьезна проблема, но я не удивлюсь, если в ближайшие годы страны, которых изначально не считали кандидатами на дефолт, окажутся на грани.
— А как в этом смысле дела у России, уже переживавшей дефолт в 1998-м?
—Тут у меня обнадеживающие новости. Даже в МВФ – организации, которую трудно заподозрить в симпатиях к нашей стране, — указали на то, что у России дела лучше остальных. На фоне общемировой тенденции к росту задолженности внешний долг нашей страны снизился на 7,7% с начала этого года и дошел до $293,4 млрд — минимального показателя с 2006 года, когда он равнялся $269,5 млрд. Основное сокращение произошло за счет уменьшения обязательств реального сектора экономики с июля по сентябрь этого года на $11,1 млрд. Так что скажу сразу: у России серьезных долговых проблем нет.
Любопытно, что в деловых СМИ гуляют две абсолютно разные цифры российского внешнего долга. Дело в том, что существует две методики оценки. Минфин учитывает только свои обязательства, то есть суверенный долг. А Банк России учитывает также корпоративные долги и прочие обязательства. Что неудивительно: Минфин отвечает за обслуживание федерального долга, а Банк России — за платежный баланс.
— Какую оценку странового долга берет для своих обзоров МВФ?
— По данным Банка России, совокупный внешний долг нашей страны, включая органы госуправления, банки и нефинансовые компании, к 1 октября опустился до $293,4 млрд, на 7,7% с начала года — вот на эту цифру и ориентируется МВФ. Своего максимума долг достиг в 2013 году, накануне первой, крымской, волны санкций и с тех пор последовательно сокращается. Задолженность органов госуправления за неполные 11 лет сократилась вдвое, с $62 млрд до $31 млрд. А наиболее резко сокращали свои внешние обязательства нефинансовые компании. Их долг сжался в 2,7 раза — с $437 млрд на конец 2013 года до $161 млрд сегодня. Другими словами, Россия неплохо живет на фоне закрытия внешнего кредитного окна и заморозки половины международных резервов. Поразительная устойчивость финансовой системы и национальной экономики! Особенно на фоне того, что экономический рывок начала нулевых осуществлялся в значительной степени за счет иностранных инвестиций и внешних займов. На западные деньги были созданы целые сектора российской экономики, например, Интернет, фондовый рынок, сотовая связь и передача данных.
— Так возможен или нет мировой долговой кризис, если крупные страны показывают столь разную динамику по своим заимствованиям?
— И людям, и странам всегда хочется тратить больше, чем они могут себе позволить. А расплачиваться за это придется будущим поколениям. Однако я бы не сказал, что проблема стоит так уж остро. Ведь суверенные правительства предпочитают не платить по долгам, а их рефинансировать.