Справиться с ростом цен одним только повышением ключевой ставки не получится
Инфляция, инфляция, инфляция… В последние месяцы проблема, что называется, на слуху. И понятно почему: во-первых, для людей эта тема остается очень чувствительной, цены-то растут. Во-вторых, постоянное повышение цен не может не волновать и чиновников, потому что официальные прогнозы по инфляции оказываются далеки от реальности.
А уж какой был ажиотаж по поводу заседания Совета директоров Банка России 26 июля 2024 года… Честно говоря, не припомню, когда еще с таким нетерпением ждали очередного решения Банка России по поводу повышения ключевой ставки. К слову сказать, такое решение и было принято: ключевая ставка была повышена сразу с 16% до 18%. Ключевая ставка — это, напомню, ставка, по которой коммерческие банки занимают деньги у Центробанка. По сути дела, это показатель, который определяет цену денег в экономике.
Почему вообще Центробанк надеется, что таким образом, путем повышения ставки, получится обуздать инфляцию? Потому — и это следует из разъяснений главы ЦБ Эльвиры Набиуллиной, — что повышение ключевой ставки должно снижать совокупный спрос (и потребительский, и инвестиционный). Если этого удается добиться, то снижающийся спрос давит на цены. Люди, по идее, должны будут меньше покупать, и в таком случае цены как минимум должны замедлить свой рост, а может быть, и начать снижаться.
Но это, так сказать, в теории. Почему же на практике выходит по-другому? Почему в наших реалиях цены в своем росте только ускоряются? Потому что Банк России пока не может снизить платежеспособный спрос. А невозможно это сделать в силу того, что экономика России сегодня активно накачивается деньгами, что, наоборот, стимулирует спрос, обеспечивая одновременно положительную экономическую динамику.
Это — макроэкономическая основа ускоряющейся сегодня инфляции, которая к началу августа 2024 года достигла с начала года накопленным итогом 5%. Замечу, что правительственный прогноз по инфляции на весь 2024 год составлял 4,5%. Получается, что за 7 месяцев инфляция уже превысила уровень, которого она должна была достигнуть по итогам 12 месяцев. Идем, можно сказать, с хорошим опережением плана. В результате, если получится по итогам года уложиться в однозначную цифру по инфляции (менее 10%), это уже можно считать достижением.
А пока же Банк России был вынужден существенно скорректировать свой прогноз по инфляции на 2024 год — до 6,5–7%. Признавая, что инфляция складывается существенно выше прогнозов, Банк России одновременно заявил о своей готовности дополнительно ужесточать денежно-кредитную политику. Вот он и повысил ключевую ставку, сразу дав понять, что это может быть далеко не в последний раз, так как для достижения целевого показателя по инфляции (4%) нужны «существенно более жесткие денежно-кредитные условия, чем предполагалось ранее».
Увы, надо признать: ужесточение денежно-кредитной политики пока не дает ожидаемого эффекта, инфляция не снижается. Банк России делает то, что он может, используя тот инструментарий, который имеется в его распоряжении. Прежде всего он повышает ставку, однако это, как показывает действительность, пока не приносит должного результата.
Нет, какой-то результат от повышения ключевой ставки Банком России, конечно, есть. В противном случае инфляция была бы еще выше. В качестве доказательства можно назвать одно из следствий повышения ключевой ставки со стороны Центробанка. Вслед за таким повышениям растут ставки по депозитам в коммерческих банках. Они в последние месяцы были даже выше, чем ключевая ставка ЦБ. Можно было положить деньги на депозит под 18% годовых, хотя ключевая ставка была еще 16%. То есть у ЦБ коммерческие банки занимали деньги под 16%, а у населения готовы были это делать под 18% и более.
Вот люди и несут охотно свои деньги в банки под столь высокий процент. Они не тратят их, а кладут их на депозит. Вот оно — влияние ключевой ставки на снижение потребительского спроса и на инфляцию. Но, увы, влияние это оказывается явно недостаточным.
Так что делать-то? Будем исходить из того, что пока экономика поддерживается масштабным денежным стимулированием, следовательно, повышенное инфляционное давление будет сохраняться. Попросту говоря, инфляция будет оставаться относительно высокой. Во всяком случае, гораздо выше тех вожделенных 4% в год, которые ставятся Центробанком в виде цели.
В такой ситуации регулирующие органы должны как минимум гораздо более аккуратно подходить к принятию решений, которые способны еще больше раскручивать маховик цен. Так, индексация тарифов естественных монополий должна быть более умеренной. В августе текущего года люди за коммунальные услуги будут уже платить по повышенным тарифам, так как с 1 июля 2024 года единый платеж за ЖКХ вырос в среднем по стране на 9,8%. Рост коммунальных тарифов для населения продолжает оставаться очень болезненной темой.
Надо воздержаться от повышения импортных ввозных пошлин на потребительские товары. Понятно, что есть интересы отечественных товаропроизводителей. Однако эти интересы были и раньше, а вот проблема выходящей из-под контроля инфляции не была так остра. Здесь надо правильно расставлять приоритеты. И сегодня приоритет — противодействие инфляции всеми способами.
Требуется избежать повышения размеров разного рода сборов, пошлин и так далее. Понятно, что и для такого повышения есть объективные причины. Но, повторюсь, приоритет сегодня — это не делать того, что еще больше раскручивает инфляцию. Например, уже осенью текущего года могут значительно повысить размер утилизационного сбора на автомобили (индексация такого сбора может составить до 85%). Понятно, что эта индексация будет заложена в цены на авто, которые в результате резко подорожают. Причем не надо думать, что это коснется только импортных автомобилей. На самом деле вслед за иномарками подорожают и отечественные авто. На мой взгляд, повышения этого утильсбора вполне можно избежать. И уж если никак нельзя, то хотя бы снизить величину индексации, перенести ее на более поздний срок — это уж точно можно.
Правда, встает естественный вопрос: если отказываемся от индексации тарифов, не повышаем другие регулируемые государством платежи, то кто-то же должен компенсировать все это? «Кто-то» сегодня — это государство. Тем более. Принята новая налоговая шкала — необходимые средства должны найтись.
Наконец, не будем забывать и о таком резерве для торможения растущих цен, как конкуренция. Если рынок конкурентный, если есть много производителей и продавцов, то цены не растут столь быстро. Потому что если есть конкуренты, то борьбу за покупателя можно выиграть, предложив продукцию более высокого качества с новыми потребительскими характеристиками или предлагая товары по более низким ценам. Так как продукция достаточно часто сопоставима по качеству, то обойти конкурента можно, только предлагая более дешевый товар.
Вот как это должно работать и как работает в рыночной конкурентной экономике. Если же нет конкурентов, если их раз-два и обчелся, то стимулов снижать цены на свою продукцию нет. Бизнес действует по принципу «и так возьмут, никуда не денутся». И берут (а куда деваться-то!?), а цены продолжают расти. Вот это нормальный конкурентный рынок — поле деятельности антимонопольных органов (и не только). Причем не надо в этой работе зацикливаться только на федеральном уровне, региональные и локальные рынки тоже очень важны.
Перечисленные выше направления работы для снижения ценового давления говорят не только о том, что соответствующие резервы еще есть. Это свидетельствует и о том, что полагаться в борьбе с инфляцией только на повышение ключевой ставки Центробанка нельзя. Вообще такой инструмент, как ключевая ставка, хорошо работает в институционально развитой рыночной экономике. В России же экономика пока еще явно не такая (возьмем ту же низкую конкуренцию). Это значит, что не надо переоценивать действенность повышения или понижения ключевой ставки, двигая ее туда-сюда. А то, кажется, ох как просто: двинул ставку вверх, и цены пошли вниз. Увы, не очень-то это работает, как показала российская действительность последних месяцев.
Значит, надо работать и по другим направлениям. И Центробанку не стоит брать на себя всю ответственность за рост цен. Не для того, чтобы ее избежать, а для того, чтобы работа по сдерживанию инфляции была более эффективной.
И напоследок. Многие уверены, что с инфляцией справиться просто: просто запретить повышать цены. Такой подход привлекателен, что и говорить. Но надо отдавать себе отчет в том, что все это мы уже проходили. Когда просто замораживаются цены, товары «почему-то» начинают исчезать. Вот такой получается выбор: или цены растут, но товары есть, или не растут, но наступает товарный голод. Поэтому простых решений тут нет. Но и покорно согласиться с ускоряющейся такими темпами инфляцией было бы неправильно.